Есть ли у России шансы стать «нормально страной»

Как часто приходится в повседневной жизни слышать о желании жить в нормальной стране. Джон Уоллис является основателем теории, связанной с ограниченным доступом. Не смотря на свою молодость, этой теории удалось привлечь к себе внимание миллионов людей. Исходя из неё, можно и на Россию посмотреть по-новому. В соответствии с этой теорией всю человеческую историю можно назвать историей поиска защиты от возникновения насилия со стороны тех, кто заслуживает доверия. Если вспомнить про первобытных людей, то всякий чужак для них был ни кем иным, как врагом, которому ни в коем случае нельзя было относиться с доверием. Это как, к примеру,  нужно переносной кондиционер занусси купить, и ты рассчитываешь только на самого себя и не поддаёшься на провокации со стороны внешних раздражителей. Для первобытных людей характерна была недоверчивость.

После перехода человека к земледелию, стал происходить распад общин и вопрос с враждой встал ещё острее. В процессе таких отношений и произошло формирование естественного государства, являющегося самым популярным вариантом во всём мире. На территории государства вопросами защиты стал заниматься особый класс, который получил название элиты. Некоторые из них, осуществляющие контроль силовых организаций, стали властными коалициями. Теперь доверять стали не только лично знакомым людям, но и тем, кто являлся представителем дружественной организации. Причём эти организации не обязательно находились на территории того или иного государства, могли они размещаться и в соседних государствах. Но при этом сохранялась анонимность таких отношений. Однако выдача гарантий организацией осуществлялась не просто так,  они имели возможность получения ренты, экономической или политической.

Перенося всё это на современность, можно сделать вывод о необходимости в деятельности гражданских движений, благодаря которым выполнялись бы требования относительно соблюдения закона, а угрозами элиты ничего не удастся добиться. О получении нужного результата теория не говорит, но с уверенностью заявляет, что другого пути для России нет.